В Москве в первом полугодии без доначислений оказались всего 2,5% от проверяемых. Еще год назад было 4%. Заметил ли бизнес рост внимания?
Налоговики стали чаще выявлять нарушения у бизнеса после выездных проверок. В Москве за первое полугодие без доначислений завершились только 2,5% проверок — примерно один из 40 случаев, хотя год назад этот показатель составлял 4%, или один случай из 25. Растут суммы доначислений — по итогам как выездного, так и камерального контроля, свидетельствуют данные ФНС. Опрошенные Forbes эксперты связывают тенденцию в том числе с тем, что налоговики совершенствуют предпроверочные мероприятия и могут автоматически выявить звенья, получающие необоснованную выгоду.
Бизнес ФМ спросила у предпринимателей, видят ли они учащение выездных проверок и как это на них сказывается:
Управляющий партнер «ИК Диалот», руководитель юридической компании Urvista, владелец сети кофеен Take&wake, совладелец бутик-отеля «Чемоданофф» Алексей Петропольский:
«Я удивился статистике, что вообще есть какой-то процент, когда выездная налоговая проверка закончилась без начислений. На моей практике это происходило только путем долгих разбирательств, в том числе судебных, огромного количества экономических экспертиз, которые в процессе арбитража длились годами, и иногда, крайне редко, меньше 1%, заканчивались полным освобождением от выплат. Но в этот период, как правило, сумма уже была взыскана, инкас уже висел, и фактически бизнес не мог пользоваться этими деньгами. У нас, увы, действует так называемая презумпция налоговой виновности. На своей практике могу сказать, что выездные налоговые проверки практически всегда заканчиваются от 30 млн и выше доначислениями, если мы говорим про Москву и Московскую область. Потому что для самой налоговой службы нет экономической целесообразности выделять группу для выездной налоговой. Что же касательно того, что налоговая стала выявлять чаще, с момента, как АСК НДС начал работать в полную меру, предприниматели перестали выводить деньги на фирмы-однодневки, бухгалтеры и финансовые директора уже следят за своими контрагентами лучше, чем за собой, проверяют все цепочки сделок и белизну своего контрагента. Все прекрасно понимают, что, заплатив здесь и сейчас за некачественную компанию, через два-три года ты заплатишь за эту компанию НДС, штраф, а еще иногда и налог на прибыль. Количество проверок, на мой взгляд, не выросло, тем более сейчас сначала тебя камералят, потом тебе выносят те или иные письма счастья, потом районная налоговая вызывает на беседу, и если ты никоим образом не хочешь заплатить или выкинуть из книги продаж, покупок этих контрагентов, то уже, как говорит местный налоговый инспектор, «нам позвонили из центра, к вам едет выездная налоговая проверка».
Гендиректор компании MB-Barbell по производству спортивного оборудования Вадим Маркелов:
— Наша компания особо не чувствует, мы работаем в нормальном режиме. А вокруг постоянно информация о том, что идет давление, в основном выявляют схемы дробления бизнеса. Причем, на мой взгляд, это зачастую необоснованно. Скажем, компания занимается производственной деятельностью, создала свою сеть розничной торговли, и каждый свой магазин или свою точку продаж они делают на общей системе. Для чего это делается, чтобы выровнять условия. Все остальные тоже работают на общей системе, которые продают, а их потом объединяют с главным производственным циклом и доначисляют налоги. Компании либо разоряются, либо уходят. В этом плане вводятся две системы одинакового начисления налогов: та, которая будет работать по общей системе, но в тех же самых правилах, как и остальные, не получает преимущества и, наоборот, теряет. Соответственно, бесполезно разрабатывать свою фирменную систему продаж, торговли, так как она в данный момент, получая по общей системе, не сможет конкурировать с остальными участниками рынка. Но государство убивает, я считаю, фирменную торговлю именно небольших производителей.
— На фоне подсанкционных сложностей видите ли вы рост рисков со стороны налоговой в части претензий?
— В цепочке контрагентов может быть все, что угодно. Ты можешь вычислить и просчитать своего одного, может быть, второго контрагента, всю цепочку не можешь посмотреть. Мы получаем риски в любом случае. Зачастую из-за санкций мы вынуждены завозить по очень сложным схемам ингредиенты, которые не делают в России. Некоторые компоненты мы получаем до 1,5 года.
Владелец мебельной фабрики «Максик» Макс Ибрагимов:
«По поводу выездных проверок — нет, мы ежемесячно камерально отправляем. Я на себе не ощущаю, если по плану есть, они приходят, проверяют. Потом, в интернете же написано каждая организация когда к тебе придет. Да и так уже мало компаний осталось — крупные мебельные компании уже закрылись, логистика стала тяжелой, все подорожало. Мы же в Калининграде, у нас нет прямой границы с Белоруссией или с Россией. Поэтому наши товарищи запрещают с их территории. Мебель тоже у них под санкциями. Паромом через Санкт-Петербург возим, это удлиняет и удорожает дорогу».
На протяжении последних семи лет устойчиво растут средние суммы доначислений не только по результатам выездных налоговых проверок, но и по итогам камеральных, следует из отчета консалтинговой компании «Тедо». Средняя сумма доначислений за выездную налоговую проверку в Москве и Петербурге с января достигла максимума с 2018-го — 120,7 млн и почти 250 млн рублей соответственно.